tambovlib@gmail.com
тел: (4752) 72-77-00

Вторник, среда, пятница: с 10:00 до 19:00
Четверг: с 11:00 до 20:00
Суббота — воскресенье: с 10:00 до 18:00
Выходной день: понедельник

Статьи и литература

Боратынский М.А.
«Из истории дворянского рода Боратынских»

Из истории рода Боратынских

Боратынский М.А. «Из истории дворянского рода Боратынских» / Сост., авт. вступ. статьи и коммент. М.А. Климкова. – Тамбов: ООО «Издательство Юлис», 2007. – 208 с., ил., цв. ил. С. 89-94

… Мы продолжали жить по зимам в Тамбове и сделались уже совсем тамбовскими старожилами. Появились новые знакомые: семья Петрово-Солововых [1], уездного тамбовского предводителя дворянства; Владимир Михайлович Андреевский с женою Верой Константиновной и дочкой; Давыдовы [2], племянники княгини Чолокаевой и др. Сестра Анюта прожила в Тамбове три зимы – 1895-1898 гг. Дети ее учились в учебных заведениях. Семья брата Ильи тоже несколько лет прожила в Тамбове, чтобы учить детей, а сам брат Илья служил земским начальником, жил у себя на хуторе и только изредка приезжал навестить семью и поиграть с нами квартеты.

Отец моей жены Алексей Михайлович Жемчужников тоже переехал в 1897-м году в Тамбов, чтобы быть с нами. После свадьбы старшей дочери он стал жить с младшей Настей сперва в Стенькине Рязанск. губ. у Мерхелевича, а затем частью в Москве, а большей частью в Петербурге. Переехав в Тамбов, он прожил в нем (за исключением своего юбилейного 1901 года, который провел в Петербурге) до самой своей смерти, т.е. до 1908 года. В городе он проводил только зимы, а на каждое лето, начиная с 1894 года, переезжал в Ильиновку, которую очень полюбил и в которой написал немало своих наилучших произведений. Некоторые стихи им были написаны прямо под впечатлением Ильиновки, напр.: «Лесок при усадьбе», «Желтая муха», «Липы», «Родная природа», посвященная моей жене, и др. Много было снято мною фотографий, обрисовывающих частную повседневную жизнь Алексея Михайловича в Ильиновке и в Тамбове.

Младшая дочь Ал[ексея] Мих[айловича] Настя не любила долго оставаться на месте, и Алексей Михайлович с переездом в Тамбов оставался исключительно на нашем попечении, хотя всегда жил отдельно, исключая Ильиновки. Для нас очень было приятно и спокойно иметь Алекс. Михайл. около себя, и он чувствовал себя очень хорошо в Тамбове, где все относились к нему с большим уважением. Он жил один с преданным человеком и кухаркой; нанимал небольшую квартиру. Зимой очень редко выезжал и жил больше своей внутренней жизнью, но очень следил за литературой и за всем, что происходило на большом свете: прочитывал аккуратно получаемые журналы и газеты. Мы с женою у него часто обедали, по вечерам он иногда устраивал партию в винт по маленькой. Обыкновенными партнерами были: И.Х. Палеолог, старушка З.И. Мордвинова и я.

Первые три зимы по приезде в Тамбов Ал. Мих. жил на Теплой ул. в д[оме] Мачальской, а затем в год своего юбилея он поехал с младшей дочерью в Петербург. По приезде в Тамбов он одну зиму прожил в д[оме] Никитина на Козловской в двух шагах от нашего дома. Квартира эта оказалась неудобной, и он на следующую зиму переехал в дом Евсюковой на Араповской [3], недалеко от 1-й Долевой. В этом доме он прожил до самого конца. Скончался он в этом доме 25-го марта 1908 года восьмидесяти семи лет.

В начале января 1911 года было в Тамбове губернское земское собрание, во время которого я узнал, что муж сестры Наталии, С.Н. Стрекалов, в Кирсанове скончался. Он был кирсановским уездным предводителем дворянства, а я – его кандидатом. Я тотчас уехал в Кирсанов на его похороны и, кроме того, должен был вступить в должность предводителя дворянства и принять дела. Меня по этой причине, как говорили, не выбрали на новое трехлетие в члены губернской земской управы, и этим годом кончилась моя служба в Тамбове, в котором мы прожили 17 лет. За это время сменилось 6 губернаторов: Ракасовский, Ржевский, Лауниц, Янушевич, Муратов и Ашанин [4]. Со всеми губернаторами мы были знакомы лишь официально. Но с двумя, Ржевским [5] и Муратовым [6], мы находились в простых дружеских отношениях.

С Ржевским нас соединяла, главным образом, музыка, так как он был большим любителем и порядочным скрипачом, и квартетистом. Жена его, очень милая и радушная женщина, не очень одобряла эту страсть в муже, боясь, чтобы она не нанесла ущерба его прямой службе, но, тем не менее, мы гурьбою, особенно когда приезжал в Тамбов брат Илья, собирались в губернаторском доме, где была прекрасная большая зала, и играли квартеты. На виолончели тогда играл преподаватель музыкальных классов молоденький, очень способный во всех отношениях еврейчик Роговой, который, не имея никакого образовательного ценза, впоследствии простился и поступил виолончелистом в Петербурге в Мариинский театр, выдержав соответствующий конкурс, побив всех своих товарищей по конкурсу.

С Муратовым нас соединяла, главным образом, дружба наших семей; дети наши очень сошлись. Устраивались спектакли, характерные танцы и различные вечера для молодежи. В это время мы познакомились с семьей нового управляющего контрольной палаты Ивана Матвеевича Лебедева. Она состояла из трех дочерей и одного сына, гимназиста. Две младших дочери ходили в институт, где моя старшая дочь была тогда классной дамой. Они очень подружились с моим и муратовским домами и составили сплоченный кружок. Сам Муратов в частной жизнь очень прост, гостеприимен и радушен.

Приехав в Тамбов, я сразу же, на первых порах, заинтересовался вопросом: как поставлено тут музыкальное дело? И вот что я узнал. В Тамбове было уже давно открыто отделение Императорского музыкального общества. Члены Общества избирали из своей среды дирекцию из нескольких человек, которая, в свою очередь, избирала из себя председателя. На обязанности дирекции было развитие музыкального дела в Тамбове. Первым делом были открыты музыкальные классы. Когда мы приехали в Тамбов, классы эти шли очень плохо: преподаватели часто менялись, средств никаких не было, мало-мальски порядочные музыканты долго не оставались. В классах были открыты только два класса – фортепиано и скрипки, и то места эти были вакантными. Когда мы появились в Тамбове, на скрипке временно преподавал капельмейстер военного оркестра Корделяс, очень старый и плохой скрипач. На вакантное место пианиста был, наконец, приглашен кончивший Московскую консерваторию еврей Стариков С.М. [7], очень энергичный и предприимчивый человек, прекрасный преподаватель и недурной исполнитель. Он сразу поставил себе задачу: прочно устроиться в Тамбове и сделать себе карьеру, что ему и вполне удалось впоследствии. Как еврей, он для достижения своей цели не стеснялся в средствах, отчего у него часто бывали недоразумения с дирекцией, членом которой он состоял по должности.

Меня, как любителя музыки, выбрали в члены дирекции. И я лично стоял ближе других к этому делу, и вместе со Стариковым работал над расширением музыкального дела в Тамбове. Мой брат Илья тоже принимал участие как консультант и имеющий вообще в Москве большое музыкальное знакомство, а также участвовал в концертах в качестве альтиста.

По рекомендации брата был приглашен в преподаватели скрипач Вышинский, с помощью которого начались концерты в зале музыкальных классов и камерные вечера, в которых мы с братом выступали в квартете (играли, между прочим, на первом вечере 2-й квартет Бородина); виолончелистом тогда был еврейчик Роговой.

Мечтою Старикова было добиться переименования музыкальных классов в училище и быть назначенным директором, который уже не находится в полной зависимости от местных отделений Музыкального общества, а является самостоятельным лицом, назначаемым и утверждаемым главной дирекцией.

В это время уже было открыто новое здание Дворянского собрания с великолепной концертной залой. В ней начались настоящие симфонические концерты, и был составлен оркестр, состоящий преимущественно из любителей. В нем, конечно, принимали участие и мы с братом, сестра Анюта Кишкина тоже играла на виолончели и участвовала в хоре, духовые инструменты приглашались из местного военного оркестра.

Наконец Стариков добился, что главная дирекция в Петербурге поверила, что у нас в Тамбове все так хорошо и прочно обстоит в музыкальном отношении, что вместо музыкальных классов было открыто музыкальное училище, и первым директором этого училища был назначен Стариков.

Училище стало, конечно, получать от главной дирекции субсидии, а он считался на государственной службе, чего именно и добивался. Стариков благодаря своей еврейской пронырливости сумел приобрести по дешевой цене несколько роялей, между которыми одно было концертное, как реклама фирмы Шредер. Полный состав духовых инструментов тоже почти даром получил из Киева за право писать на вывеске «Поставщик Тамбовского отделения Императорского русского музыкального общества». Как бы там ни было, а в Тамбове появилось музыкальное училище.

Надо было найти помещение, и тут Стариков добился разных пожертвований и субсидий для постройки своего собственного здания на отведенной городом земле – в самом центре на Большой улице [8]. Очень быстро и очень удачно было выстроено это здание и, кажется, подрядчик получил большие убытки. Он по каким-то причинам не мог выполнить контракта, и Стариков доканчивал в его счет другими рабочими. В новом здании была очень хорошенькая зала для ученических и камерных вечеров, а также и квартира директора Старикова.

Состав преподавателей все улучшался, и были открыты классы пения, сольфеджио и теории музыки – вообще стало походить на маленькую консерваторию. Самым лучшим и дельным преподавателем скрипичного класса был в это время молодой поляк Иосиф Феликсович Яржембский, поступивший в Тамбов прямо сейчас по окончании курса Варшавской консерватории. Он был вместе с тем прекрасный серьезный скрипач – солист; как преподаватель был строг, но ученики его очень любили и делали большие успехи. Мы с братом очень с ним подружились, много вместе играли квартеты и несколько раз выступали на камерных вечерах в зале училища. Впоследствии он женился на моей второй дочери Софье [9].

У меня не было особой симпатии к Старикову, и у нас часто бывали недоразумения и разногласия, но надо ему дать справедливость, что он очень много сделал для Тамбова, поставив там музыкальное дело [10]. Я как любитель принимал участие в оркестре, который в последнее время был уже весьма недурен.

До новых выборов предводителей дворянства оставался один год, и меня усиленно просили остаться предводителем до новых выборов, на что я должен был согласиться. Зиму мы прожили еще в Тамбове, а весною совсем переехали в Ильиновку.

Осенью мы поехали в Москву, чтобы сына Володю, который вышел из гимназии, поместить в консерваторию по кл[ассу] виолончели, а сына Сережу отдать в частное реальное училище Мазинга. Зиму эту 1912-1913 года мы провели на меблированной квартире и пользовались всяким случаем, чтобы послушать хорошую музыку, а потому абонировались на различные симфонические и камерные квартеты. В январе в Тамбове были дворянские выборы, на которых я участвовал как предводитель дворянства Кирсановского уезда. Я отказался от баллотировки. Мы выбрали А.А. Воейкова.

Весною мы вернулись в Ильиновку, а осенью решили переехать в Кирсанов, чтобы баллотироваться в предводители земской управы. Володя поехал в Москву, в консерваторию, а поместили его, за известную плату, у Дашкевичей. Сережу же поместили в Кирсановское реальное училище. Осенью я был избран Кирсановским земским собранием в предводители уездной земской управы, в каковой должности пробыл 3 года, после чего вышел в отставку, так как очень утомился этой ответственной службой в такое время, когда чувствовался какой-то распад, растерянность и неустойчивость верховной власти. По случаю войны и других причин земские выборы были отложены, почему мне и пришлось подать прошение об отставке [11].


[1] Василий Михайлович Петрово-Соловово (1850-1908) – выпускник ист.-филол. факультета Моск. ун-та (был оставлен при ун-те на 2 года для «занятий теорией и историей изящных искусств»). В 1887-1908 гг. тамб. уездный предводитель дв-ва. Печатался как публицист в «Русских ведомостях». С 1895 г. участник Всерос. земского с.-х. съезда, либерального кружка «Беседа», съездов земцев-конституционалистов. С 1905 г. пред. Тамб. отд. «Союза 17-го октября», с 1906-го – член моск. ЦК «Союза». Депутат 3-й Гос. думы от Тамб. губ. Пред. ТОИРМО. Был женат на С.А. Щербатовой.

[2] Речь может идти о Юрии Васильевиче Давыдове (1866-1933) – председателе губерн. земской управы в 1903-1917 гг. (с 8 марта 1917 г. – губерн. комиссар Временного правительства) и его жене Екатерине Ивановне (урожд. Ланской); Владимире Васильевичче и его жене Ольге; Александре Васильевиче (1879-1964) и его жене Екатерине Сергеевне (урожд. Лопухиной); Николае Васильевиче (1848-1920) – писателе, юристе, ректоре Моск. народного ун-та А.Л. Шанявского.

[3] Дом Евсюковой на ул. Араповской (ныне ул. М. Горького) - № 25, был снесен в 1989 г.

[4] Н.Ф. Ошанин (1860-1913) – тамб. губернатор (с 1912). Одно время был земским начальником в Данковском уезде Рязанской губ. вместе с родственником Боратынских князем М.В. Долгоруковым. В метрич. кн. Вознесенской церкви с. Вяжля Кирс. уезда Тамб. губ. сохранилась запись от 28 апр. 1891 г. о том, что О. был вместе с авт. мемуаров, князем А.Н. Шаховским и С.Н. Чичериным свидетелем при венчании М.В. Долгорукова и С.М. Боратынской – дочери М.С. Боратынского (ГАТО. Ф. 1049. Оп. 2. Д. 5174. Л. 319 об.).

[5] Сергей Дмитриевич Ржевский (1850-1914) – выпускник юридического факультета Моск. ун-та, гофмейстер, тамб. губернатор (1896-1902), симбирский и рязанский губернатор.

[6] Николай Петрович Муратов (1867-1930-е) – из дворян Рязанской губ., родственник авт. мемуаров по линии Кугушевых. Выпускник училища правоведения в Петербурге, тамб. (1906-1912) и курский (после 1912) губернатор, почетный гражданин г. Тамбова, камергер, член Гос. Совета. Известен как принципиальный руководитель и государственник, боровшийся с радикальными идеями. Оказывал содействие Тамб. ученой архивной комиссии, военно-историческому и певческому об-вам. Изучал историю, выступал с докладами на собраниях научных об-в, писал о войне 1812 г. Сохранились воспоминания М.: РГАЛИ. Ф. 1208. Оп. 1. Д. 26.

[7] Соломон Моисеевич Стариков (1869-1932) – педагог, пианист, дирижер; с 1894 г. директор Тамб. муз. классов, с 1900 г. – муз. училища, с 1922 г. – муз. техникума.

[8] На здании была установлена памятная доска (ныне отсутствует) с надписью: «Настоящее здание трудами и заботами Василия Михайловича Петрово-Соловов сооружено по проекту архитектора Ф.А. Свирчевского в 1903 году при составе дирекции: Председатель В.М. Петрово-Соловово, Товарищ Председателя князь Н.Н. Челокаев. Члены дирекции: Е.В. Чичерина, И.А. Гуаданини, М.П. Колобов. Директор музыкального училища С.М. Стариков» (Кученкова, 1993. С. 138). Сегодня это здание, располагающееся на ул. Советской, 87, занимает Тамб. гос. муз.-пед. ин-т им. С.В. Рахманинова.

[9] Демократизм дворянского общества того времени способствовал сближению с музыкантами-профессионалами из «простых» сословий. Иногда, как показывает пример с авт. мемуаров, оно могло перейти в семейное родство. Представители Боратынских разных поколений роднились с людьми «низшего» сословия. Так, например, теща авт. мемуаров по первой жене, М.Г. Боратынская, происходила из крестьянской семьи.

[10] С.М. Стариков был человеком неуравновешенным и вспыльчивым. Известен его конфликт с губернатором Н.П. Муратовым (см.: Емельянова Н. Музыкальные вечера. Воронеж, 1977. С. 51). На отношение Муратова к Старикову не могли не влиять жалобы родителей, чьи дети получали образование в муз. училище. Один из них, протоиерей Покровской церкви, преподаватель 1-го духовного училища А. Савостьянов писал: «… Директор … Стариков… - человек… неаккуратный, грубый и пристрастный… и… многие… бегут из училища через короткий срок после поступления. Так, в 1907/8 учебном году госпожа Попова ушла через два месяца после… поступления… Еще ранее выдающиеся по своим способностям ученицы Разумова, Лемпорт, Злегостева… принуждены были выйти из училища даже из старших классов… Стариков не только пропускает свои уроки, но и совсем не ведет некоторых обязательных занятий… В 1907/8 учебном году с оканчивающими курс ученицами Талинской и Бухман «трио» начали учить только после Пасхи, а в прошлом 1908/9 учебн. году с некоторыми ученицами по этому классу сделано было… 3-5 уроков… Безусловно, эти занятия «трио» весьма важны в музыкальном отношении, и своих детей Стариков с ранних лет упражняет в игре с разными инструментами… им – все, а остальным – или ничего, или очень мало. Грубость свою Стариков… проявляет везде… Если нужно бывает дать … объяснение ученице, то он кричит…, если же ученица не справится с трудным местом, то Стариков начинает топать ногами, стучать кулаками по роялю и кричать на все училище. Бывали случаи…, что он позволял себе ударять рукою по пальцам играющей, выбрасывать из класса ноты и выгонять ученицу. Уроки игры на рояле в старших классах училища всецело находятся в руках Стариковых, супруга и супруги: что хотят, то и делают. Несравненно легче было бы…, если бы в старших классах, кроме Стариковых, был бы еще хороший пианист или пианистка: …для учащихся был бы выбор, к кому поступать на уроки. Но Стариков, пользуясь правом директора, опытного и знающего человека никогда не пригласит…».

Отец другой ученицы муз. училища, Еропкин, сообщал: «…дочь моя, поступившая совершенно здоровою… в… музыкальное училище, начала становиться… нервной, а…, после уроков музыки на рояле у преподавателя Старикова… стали появляться… припадки истерики. Зная по отзывам многих лиц, что Стариков при своем необузданном и грубом характере допускает награждать своих учеников и учениц… невозможными эпитетами, доходящими до оскорбления, я спрашивал дочь, не происходят ли у нее какие-либо неприятности с ним… она откровенно призналась…, что Стариков обращался с ней… резко, а ранее допускал себе даже оскорблять ее такими выражениями как «тупица, слабоумная» и т.п. […] не могу умолчать о переданном мне дочерью происшедшем в музыкальном училище возмутительном… случае с… преподавателем г. Дебуром, который был вынужден по требованию директора Старикова… за данный им неодобрительный отзыв об успехах 13-летнего сына Старикова, до невозможности распущенного и дерзкого мальчика, извиняться в их присутствии пред… молокососом…» (ГАТО. Ф. 4. Оп. 1. Д. 6848. Л. 12-13, 113 об.).

[11] Формулярный список о службе М.А. Боратынского (1913) см.: Татм же. Ф. 2. Оп. 143. Д. 782. Л. 1-6. В «Адрес-календарь» (АК, 1914) М.А. Боратынский включен в список почетных мировых судей, а также как гласный городской думы, председатель уездной земской управы от первого избирательного собрания.

Комментарии читателей

Всего комментариев: 2
Синюгин Юрий Юрьевич (Москва)
14.02.2009 14:49
Уважаемые господа!
Сообщите пожалуйста где можно приобрести эту книгу и как?
Ростислав Просветов, отдел автоматизации
14.02.2009 16:53
Эту книгу Вы вряд-ли где-нибудь найдете в продаже. А вот книгу "Край отеческий. История усадьбы Боратынских" (СПб, 2007. - 623 с.) тех же авторов еще можно найти в книжных Интернет-магазинах. Ищите через поисковики. Стоимость книги составляет ок. 500 рублей.

Вы можете оставить свой комментарий:

*Ваше имя:
E-mail:
Страна, город:
*Комментарий:
* :

* - обязательно для заполнения
Ваш E-mail будет доступен только администратору сайта.


Мы используем технологии, такие как файлы «cookie», которые обеспечивают правильную работу сайта.
Продолжая использовать сайт, вы даете согласие на обработку файлов «cookie». 152-ФЗ «О персональных данных». Принимаю